«Менины» Диего Веласкеса: интересные факты о шедевре

В 1656 году Диего Веласкес завершил гигантское полотно высотой 3,18 метра и шириной 2,76 метра, которое мы сегодня знаем как «Менины».

Предполагается, что художник приступил к работе над полотном осенью 1655 года. На это указывает соотношение между светом, проникающим через окна, и тенями, характеризующие это время года.

Эта картина в итоге не была подписана Веласкесом, что было в его стиле. Художник предпочитал никогда не подписывать свои работы.

Размер этого полотна в натуральную величину, наличие автопортрета художника, тот факт, что картина предназначалась для очень частного летнего кабинета короля, а также особый стиль, в котором она была написана – между портретной живописью и свободными мазками – все это сделало «Менины» исключительной картиной, которая могла быть работой только придворного художника Короля Испании Филиппа IV (1605 —1665), которого в истории называют «Королем планеты».

Работа представляла собой своего рода «тайную» картину и в определенном смысле скандал.

Никто не обсуждал «Менины» вплоть до 1696 года, когда португалец Феликс да Коста, увидевший полотно ранее, описал ее в своей книге «Античность искусства живописи». Там да Коста раскритиковал ее за то, что она была «скорее автопортретом самого Веласкеса, нежели портретом императрицы Инфанты Маргариты».

Около 1700 года придворный художник Лука Джордано назвал эту картину «теологией живописи».

Художник и теоретик живописи Антонио Паломино в своем «Испанском Парнасе» (книге 1724 года, включавшей обширную биографию севильского живописца) составил наиболее точное описание дошедшей до нас картины, а также ее главных персонажей:

- инфанта донья Маргарита Мария Австрийская и ее аристократические дамы или «менины» донья Мария Агустина Сармьенто и донья Изабель де Веласко;

- карлик и камердинер Николасито Пертусато и карлица Мари Барбола;

- донья Марсела де Ульоа, почетная дама королевских дам, вместе с анонимной гвардейской дамой и самим Веласкесом, который появляется работающим перед большим полотном, лицо которого немного скрыто от зрителей.

Личная история карьерного роста 

По сравнению с другими произведениями придворного искусства XVII века, одним из самых ярких аспектов «Менин» является присутствие самого художника слева от картины в скандально новаторском изображении в полный рост.

Веласкес предстает на картине не столько живописцем, сколько специальным поверенным короля.

Его костюм и золотой ключ, который он носит на поясе, указывают на важное положение во дворе, которое он получил благодаря благосклонности короля Филиппа IV.

С момента своего назначения в 1623 году придворным художником короля Веласкес занимал при испанском дворе несколько должностей, которые не были сугубо художественные и приносили ему солидную оплату и множество льгот.

Художнику также удалось получить высокий социальный статус идальго, а в 1659 году он добился самой высокой чести: его назначили в рыцари военного ордена Сантьяго.

Это также отражено именно в кресте, фигурирующем в «Менинах» и который он сам (или другой художник) дорисовал на уже законченной картине.

Веласкесу было нелегко получить все эти награды, особенно статус рыцаря военного ордена Сантьяго. Устав ордена Сантьяго закреплял, чтобы кандидаты были древнехристианского происхождения, благородных кровей и не занимались ручным ремеслом.

Все эти требования были очень проблематичными в случае Веласкеса: предки художника наверняка были обращенными евреями, а его дед по отцовской линии работал чулочно-носочным мастером и мелким торговцем.

Кроме того, живопись считалась «ручным ремеслом», несовместимым с высоким статусом дворянина.

Поэтому Веласкесу пришлось искать свидетелей, которые дали ложные показания в его пользу: они помогли доказать дворянское происхождение художника и подтвердили, что сам он посвятил себя живописи не как «ручному ремеслу», а как «упражнению для услады глаз монарха».

Наконец, благодаря личному решению Филиппа IV и папской лицензии в ноябре 1659 года в монастыре Тела Христова в Мадриде Веласкес публично получил все необходимые знаки отличия ордена Сантьяго.

При этом остальные рыцари, недовольные решением короля, иронизировали над этим незаслуженным, по их мнению, статусом.

Портрет, как революция в живописи и статусе художников 

Все эти персональные приключения Веласкеса имеют прямое отношение к созданию полотна «Менин».

За кажущейся естественностью, даже банальностью изображенной на картине сцены скрывается одна глубокая идея: этим шедевром Веласкес хотел увековечить идею о том, что живопись — это либеральная, а не рабская деятельность и тем более не «механическая работа».

Именно этим объясняется то выдающееся положение, которое живописец придает себе в картине, ставя себя в стороне, но как фигуру, стоящему над всеми в этом полотне.

Естественный масштаб сделал картину «трехмерным холстом», как если бы это была дверь или окно, через которое зритель может созерцать реальность, находящуюся за ее пределами, а не на ее поверхности, как в зеркалах и привычных картинах.

«Менины» также были революционным произведением с точки зрения самого живописного жанра, к которому они принадлежали.

Если до этого портретная живопись считалась второстепенным жанром, основанным на простом подражании увиденного, в этой работе Веласкес продемонстрировал, что она также может быть искусством нового изобретения и концепций.

Доказательством виртуозности и концептуальной изобретательности, проявленных Диего Веласкесом в этой работе, является зеркало, расположенное на заднем плане картины.

Это возвращает нас к образу королей Филиппа IV и его второй жены Марианы, которых пишет сам Веласкес: изображенное на полотне зеркало отражает монархов так, как если бы они наблюдали сцену из другого конца комнаты.

В момент написания этой работы король уже на протяжении более десяти лет не позволял своему камерному художнику изобразить его. В письме 1653 года он написал: «Я не хочу видеть себя стареющим».

Так, «Менины» стали для Веласкеса способом преодолеть этот запрет: а именно, изобразить лишь тонкие линии лица короля, создавая тем самым новый тип королевского портрета.

Революционной была и сама манера написания этой работы: незаконченный мазок Веласкеса с отдаленными кляксами и пятнами демонстрировали, что между инструментом и сознанием художника была «рука».

Веласкес тем самым «говорит» зрителям, что «рука того», кто наносит мазки с пренебрежением, без видимого усилия, это - человек в высшей степени благородный.

Современник художника писал: «Эта уникальная манера написания картины делает Диего Веласкеса знаменитым […], потому что с тонким мастерством, лишь в нескольких мазках, он показывает, на что способны искусство, рельефность и быстрое исполнение».