Особенности внешней политики Хавьера Милея

Оценка внешней политики Хавьера Милея в структурном плане — задача, представляющая особый интерес. Для этого сначала рассмотрим её долгосрочные характеристики, начиная с момента возвращения Аргентины к демократии в 1983 году, а затем проанализируем ключевые элементы, позволяющие выявить особенности либертарианской стратегии.

Структурные характеристики внешней политики Аргентины

С 1983 года внешняя политика Аргентины строилась на «балансе» между автономистскими тенденциями, отдававшими приоритет региональной повестке, и курсом на интеграцию с гегемонистским Западом, характерным с начала холодной войны. В первую группу входят правительства Рауля Альфонсина, Эдуардо Дуальде, Нестора Киршнера, Кристины Фернандес де Киршнер и Альберто Фернандеса, которые, при акценте на регион, стремились поддерживать отношения с Вашингтоном и расширять базу поддержки, особенно среди периферийных и развивающихся стран. Ко второй группе, глобалистам, относятся администрации Карлоса Менема, Фернандо де ла Руа, Маурисио Макри и, как мы увидим, Хавьера Милея (Simonoff, 2024).

Различия между ними связаны не столько с подходом «включение/изоляция», сколько с разным пониманием национальных интересов в зависимости от политической базы. Например, глобалисты выстраивают иерархию, ставя страны Триады (США, Западная Европа, Япония) выше других, тогда как автономисты приоритетно развивают связи в регионе, прежде всего с Бразилией. Нередко глобалисты отождествляют интересы Аргентины с интересами крупных держав, полагая, что национальные интересы «размываются» в многостороннем порядке, формируемом глобальным управлением (Cervo, 2003, с. 18).

Это ведёт к ослаблению роли государства, смещению акцента с политической составляющей внешней политики на коммерческую и превращению международных связей в инструмент экономического маркетинга.

В начале периода после Холодной Войны страны Триады возглавили программу «Большой семёрки» по продвижению так называемого Вашингтонского консенсуса II, нацеленного на установление режима «гиперглобализации» (Rodrik, 2011). Несмотря на первоначальное восприятие этого процесса как необратимого, кризис 2008 года и ослабление многосторонности показали, что национальные интересы вновь выходят на первый план (Родрик, 9 июня 2023 г.). Постоянное пересечение международно-политических устремлений стран Триады и логики глобализации порождало напряжённость, побуждавшую правительства сохранять «полную автономию», несмотря на противоречащие ей действия и риторику (Родрик, 9 июня 2023 г.).

Для анализа поставленной темы выделим пять параметров: цели глобализации, к которым стремится правящая элита; отношение к альтернативным центрам силы; характер региональной политики; подход к взаимодействию с другими периферийными странами; позицию по вопросу Мальвинских (Фолклендских) островов.

К какому типу глобализации они стремятся? Для глобалистов нет альтернативы присоединению к Триаде и её гиперглобализации: они видят систему жёстких альянсов, подобную той, что существовала накануне Первой мировой войны и в период холодной войны, и не допускают иных опций. Они претендуют на принадлежность к Глобальному Северу, игнорируя особенности периферийного статуса. Их восприятие жёстких рамок приводит к продвижению автоматического соответствия традиционным державам, порой на грани самоподчинения, как метко выразился Хосе Парадизо (José Paradiso, 1993: 200). Они выступают за вступление в Организацию экономического сотрудничества и развития (ОЭСР, OECD), которую трактуют как нейтральную организацию, а не как центр, продвигающий неолиберальные нормы и модели поведения в сфере глобального управления. Автономисты, напротив, настаивают на меньшей степени глобализации и более активном взаимодействии с игроками Глобального Юга, воспринимая международную систему как систему гибких альянсов, где возможны как сближения, так и расхождения с обоими полюсами.

Степень открытости глобализации определяется типом экономической модели. Глобалисты связаны с моделью финансового накопления, ассоциированной с агробизнесом, и потому стремятся к большей открытости. Те, кто ориентируется на индустриализацию (со всеми её нюансами), дистанцируются от этой логики и повышают автономию.

Эти позиции задают и отношение к Китаю. Первые демонстрируют безразличие или противодействие, рассматривая КНР как конкурента западной гегемонии; несмотря на выгоды для «глобалистских» секторов (например, соевого комплекса), связи часто сводятся к чисто коммерческим и наиболее асимметричным аспектам. Вторые, напротив, поддерживают углубление отношений в формате «всеобъемлющего стратегического партнёрства» (Comprehensive Strategic Partnership) и интеграцию в инициативу «Пояс и путь» (BRI), увязывая экономику с глобальными цепочками добавленной стоимости.

На региональном уровне в рамках межамериканской системы глобалисты принимают и продвигают архитектуру «политики безопасности», навязываемую Вашингтоном через Организацию американских государств (OAS), которой отдают приоритет перед Сообществом государств Латинской Америки и Карибского бассейна (CELAC) и Союзом южноамериканских наций (UNASUR). В этой логике «право на избирательное вмешательство» вытесняет принцип невмешательства. В отличие от прежних «западников», глобалисты активнее содействуют региональной торговой интеграции как мосту к глобальной интеграции, продвигая, в частности, заключение соглашения между МЕРКОСУР (MERCOSUR) и Европейским союзом, укрепляющего повестку «ВТО-плюс» (WTO-plus) и углубляющего гиперглобализацию. Сторонники автономии, напротив, продвигают приоритетные региональные связи, основанные на солидарности (CELAC, UNASUR и сам МЕРКОСУР) — шире, чем простая торговая координация, — исходя из общности вызовов и потенциала для усиления позиций региона в условиях глобализации.

Что касается связей с другими периферийными странами, ряд авторов характеризует глобалистские стратегии как склонные к изоляции и отказу от подобных союзов (см., напр., Дреконья Корнат / Drekonja Kornat, 1981; Далланегра Педраса / Dallanegra Pedraza, 2009). Автономисты же видят в таких связях источник повышения собственной субъектности. В этом контексте уместно рассматривать и принятие членства в БРИКС (BRICS).

По вопросу Мальвинских (Фолклендских) островов, согласно Пьюгу (Pugh, 1983), сближение с основными проводниками «глобалистского» режима приводило к смещению переговоров на второстепенные темы, что отдаляло страну от сути спора и делегитимировало его. Автономисты, напротив, ищут манёвры через союзы с периферийными государствами, которые поддерживают и легитимируют аргентинские притязания на различных площадках, тем самым частично компенсируя исходную асимметрию в переговорах с державой-оккупантом.

Текущая конфигурация: внешняя политика Хавьера Милея

Для конкретного анализа внешней политики Хавьера Милея после представления структурной модели рассмотрим, насколько она в неё вписывается. Степень открытости, как отмечалось, определяется экономической моделью.

В данном случае ориентация на финансовое накопление предполагает большую открытость — об этом, в частности, заявлялось в правительственном плане, где упоминалась односторонняя либерализация «в чилийском стиле», но в контексте, отличном от нынешнего (La Libertad Avanza, 2023).

Эту линию подкрепили поправки в Таможенный кодекс (Декрет № 70/2023), Режим стимулирования крупных инвестиций (RIGI), инициатива по «отмыванию» (амнистии) капитала, вызвавшая расхождения с МВФ по части фискального контроля, а также возобновление процесса вступления в ОЭСР (OECD). Тем не менее, по итогам первого года правления результаты выглядят противоречиво.

Новой чертой стала «технодипломатия»: Милей шесть раз встречался с Илоном Маском, воодушевлённый идеологическим сближением, характерным для анархо-капитализма; однако практических результатов пока немного. Политически в том же документе утверждалось, что «согласование внешних отношений с демократическими странами мира необходимо» (La Libertad Avanza, 2023). Но это «согласование» базировалось на специфическом прочтении, следуя интерпретации теоремы Эрроу, где «правила рынка выше демократии» (Marey, 2023), что фактически ограничивает партнёрства кругом ультраортодоксального неолиберализма. Представление о демократии в этой рамке опирается на подавление конфликта репрессиями и дефицит плюрализма (Borovinsky, Plot, & Slipak, 2024), исключая несогласных во имя «культурной битвы». Поэтому взаимодействие концентрируется на крайне правых правительствах — например, с Найибом Букеле (Сальвадор) или Джорджей Мелони (Италия), — а также с идеологически близкими оппозиционными силами, как Vox в Испании, что порождает параллельную дипломатию.

В этом же ключе Милей пояснил, что сотрудничество с США и Израилем — типичная позиция «новых правых». По данным Вальтера Курии (Walter Curia), по итогам голосований в ООН Аргентина заняла второе место по совпадению позиций с США (82%), уступив лишь Израилю (Curia, 25 июля 2025 г.: 10). В то же время на Ассамблее ОАГ в Асунсьоне (Парагвай) в 2024 году проявились разногласия с демократами по вопросам климата, защиты демократии и прав человека.

С приходом администрации Трампа совпадение установок по ряду направлений усилилось, но в торговле заявления о тарифах стали испытанием «согласованности», предложенной Буэнос-Айресом. Сначала Вашингтон отказал в исключениях (Lugones, 12 февраля 2025 г.: 14), не делая для Аргентины никаких поблажек по сравнению с Бразилией, Чили или Колумбией.

По мере прояснения стратегии были достигнуты договорённости: 10-процентный тариф вводится на ряд товаров, за исключением алюминия и стали (35-процентный тариф); Аргентина остаётся в числе стран с самыми низкими ставками, переговоры продолжаются, а США требуют изменить закон об интеллектуальной собственности (в интересах национальных лабораторий) (Niebieskikwiat, 1 августа 2025 г.: 19). При этом объявленное Соглашение о свободной торговле США—Аргентина откладывается: Вашингтон не проявляет особого интереса; максимум возможен вариант взаимного торгового соглашения — заметно скромнее ожиданий либертарианцев (Serrichio, 22 февраля 2025 г.).

С точки зрения интересов Аргентины, двухсторонняя повестка сталкивается с проблемами: тарифная политика Вашингтона противостоит либерализации в Аргентине, а наличие сверхконкурентных аграрных экономик и система субсидий в США усиливают неравенство условий.

На политическом уровне подход La Libertad Avanza (LLA) исходит из представления о международной системе жёстких альянсов (как в годы холодной войны), что подтверждается запросом на глобальное членство в НАТО и линией в контексте конфликтов на Украине и в секторе Газа. В первом случае, после сближения с Владимиром Зеленским — главным образом через участие в Группе поддержки Украины (Ukraine Defense Contact Group, UDCG) — с приходом республиканской администрации Милей дистанцировался от Киева, взяв курс на совпадение с позицией США: в феврале 2025 года Аргентина воздержалась при голосовании по поддержанной Вашингтоном резолюции, осуждающей Россию (Niebieskikwiat, 25 февраля 2025 г.: 10).

В отношении Израиля Милей подтвердил предвыборные обещания: поддержка, выходящая за рамки «законной обороны» после нападения 7 октября 2023 года, признание ХАМАС террористической организацией и перенос посольства Аргентины в Иерусалим. Если при Макри цель была близкой, то теперь подчёркнута мистико-религиозная и ультраидеологическая составляющая (Fabián Bosoer, 2024: 164). Это сопровождалось голосованиями в ГА ООН — за прекращение огня (декабрь 2023), за прекращение израильских ответных действий в секторе Газа (сентябрь 2024) и против вступления Палестины в ООН (май 2025) — вместе с США, Израилем, Чехией, Венгрией и несколькими государствами Микронезии.

Отказ от многосторонности — заметная и спорная черта относительно традиционной линии Аргентины. Это видно по выступлению Милея на ГА ООН в 2024 году, где он критиковал «Повестку дня в области устойчивого развития до 2030 года» (Agenda 2030) и инициативу «Наша общая повестка» (Our Common Agenda), а также по выходу из ВОЗ (WHO), созвучному подходу администрации Трампа (Milei, 24 сентября 2024 г.).

С учётом догматичности неудивительно, что ещё кандидатом Милей заявлял «нет дел с коммунистами» — затрагивая отношения как с Китаем, так и с Бразилией, двумя ключевыми торговыми партнёрами (Barca, 25 августа 2023 г., с. 4). Эта линия реализовалась через нарративы о «морском хищничестве», отказ от покупки самолётов F-117 и контакты с представителями Тайваня при первой главе МИД Диане Мондино — красная линия для Пекина, важного не только торгового, но и финансового партнёра (пример — валютный своп). В итоге правительству пришлось проявить прагматизм: как подчеркнул Милей, Китай — «очень интересный партнёр; они ничего не требуют, просят лишь не беспокоить их» (Clarín, 30 сентября 2024 г., с. 1). Позднее эта позиция была смягчена — под давлением США (Lugones, 5 октября 2024 г.: 10) и, вероятно, после победы Дональда Трампа, что позволило полностью повернуться к Вашингтону.

В той же логике следует отказ от приглашения в БРИКС (BRICS), оформленный письмами лидерам стран-основателей: «на данном этапе включение Аргентинской Республики в БРИКС в качестве полноправного члена нецелесообразно», поскольку «внешняя политика нынешнего правительства во многих аспектах отличается от политики предыдущего» (Clarín, 30 декабря 2023 г., с. 12). Это отражает более широкую дистанцированность не только от Азии, но и от глобального Юга в целом.

Региональные приоритеты размыты, повестка сближается с американской в сферах безопасности и экономики. Показателен разрыв отношений с Венесуэлой (Niebieskikwiat, 2 августа 2025 г., с. 18). Инструменты вроде CELAC и UNASUR подвергаются сомнению; обсуждается возможность выхода или минимального участия. Неудивительно, что резкая риторика затрагивает многих лидеров Латинской Америки — Лулу да Силву, Андреса Мануэля Лопеса Обрадора, Густаво Петро и Габриэля Борича.

Что касается МЕРКОСУР, Милей называл его «таможенным союзом низкого качества, который переориентирует торговлю и вредит каждому из участников» (Open Embassy, 14 ноября 2023 г.) — вразрез с данными и устоявшимся консенсусом о МЕРКОСУР как инструменте международной интеграции. При этом продвигались соглашения с ЕС и ЕАСТ (EFTA), а также заявлялась возможность отдельных торговых соглашений — например, с США (идея, поднимавшаяся ещё во времена ЗСТА, FTAA; Доминго Кавальо, 2001).

Из-за оскорблений в адрес Лулы да Силвы в ходе кампании и отказа взять слова обратно отношения с Бразилией — ключевой опорой за сорок лет демократии — ослабли, при явном предпочтении Жаира Болсонару. Подобные колебания уже наблюдались при Маурисио Макри (на фоне импичмента Дилмы Руссефф) и при Альберто Фернандесе — до ухода «тропического правого» лидера с поста.

Позиция Аргентины по суверенитету над Мальвинскими (Фолклендскими) островами, Южной Георгией, Южными Сандвичевыми островами и прилегающими морскими акваториями привлекла внимание в кампанию после публикации в The Telegraph о будущей первой женщине-министре иностранных дел Диане Мондино. Там было сказано: «Права островитян будут уважаться, их необходимо уважать, и их нельзя не уважать» (Lough & Makin, 10 сентября 2023 г.). Эта позиция противоречила традиционной линии, зафиксированной в первом переходном положении Конституции Аргентины (1994), и была подкреплена Милеем в 2025 году, в годовщину войны за Мальвины: «…самый важный голос — это голос, поданный нашими ногами. Мы надеемся, что народ Мальвинских островов однажды “проголосует ногами” за нас…» (Milei, 2 апреля 2025 г.). При этом подчёркнуто, что вместо широкой коалиции поддержки следует строить «стратегические союзы с теми, с кем у нас общее мировоззрение… сегодня наилучшее средство защиты суверенитета — укрепление стратегического союза с США и всеми странами, отстаивающими свободу…» (Milei, 5 апреля 2024 г.). Такая установка, в сочетании с антимногосторонностью, поддержкой Израиля и региональной изоляцией, осложняет продвижение резолюций в Комитете ООН по деколонизации.

В заключение

Несмотря на частичный отход от радикальной глобализации после 2008 года, правительство Хавьера Милея демонстрирует стремление к её углублению, из чего вытекают ключевые элементы стратегии: некритическое следование «Западу» (в собственном понимании), жёсткое неприятие Китая как альтернативного центра силы, редукция региональной интеграции до инструмента глобальной встраиваемости и второстепенное отношение к территориальному вопросу.

Это типичный пример глобализма; вместе с тем инновации — «технодипломатия» и отказ от многосторонности — указывают на разрыв с ранними шаблонами.

Вопрос в том, насколько эта схема адаптируется к потребностям периферийной страны в нынешнем контексте и не приведёт ли чрезмерная идеологизация к издержкам сверх-реакции.

Приглашенный автор:

д-р Алехандро Симонофф

Институт исследований в области гуманитарных и социальных наук

Институт международных отношений

Национальный университет Ла-Платы

Библиография

Barca, J. M. (25 agosto 2023). Ante empresarios, Massa cruzó a Milei por su plan de romper con China. Clarín, p. 4.

Borovinsky, T., Plot, M. y D. Slipak. (2024). Milei y los horizontes de lo político. Crisis de régimen y anhelo de clausura de la incertidumbre democrática. Grimson, A. Desquiciados. Los vertiginosos cambios que impulsa la extrema derecha. Buenos Aires, Siglo XXI, pp. 169-188.

Bremmer, I. (23 de octubre de 2021). The Technopolar Moment. How Digital Powers Will Reshape the Global Order. Foreign Affairs. Recuperado el 5/8/25 de: https://www.foreignaffairs.com/articles/world/2021-10-19/ian-bremmer-big-tech-global-order

Bosoer, F. (2024). La política exterior de Milei: entre ideología, pragmatismo y excentricidad. Rein, R. Méndez Shiff, P. (Coord.) 2024. Las fuerzas del cielo. Argentina, Milei y los judíos. Buenos Aires, Milena Caserola. pp. 159-167.

Cavallo, D. (2001). Pasión por crear. Buenos Aires, Grupo Editorial Planeta.

Cervo, A. (2003). Política exterior e relações internacionais do Brasil: enfoque paradigmático. Revista. Brasileña de Política Internacional. 46, (2), pp. 5-25.

Clarín. (30 de diciembre de 2023). Giro en la política exterior: la Argentina no se sumará a los BRICS, p. 12.

Clarín. (30 de septiembre de 2024). Milei anunció que en enero viaja a China, “un socio muy interesante”, p. 8.

Clarín. (11 de abril de 2025) “No a la carne argentina”, dijo la secretaria de Agricultura de EE.UU., p. 9.

Cuparo Ortiz, M. (13 de febrero de 2025). La inversión extranjera tuvo en 2024 el peor año del siglo. BAE Negocios. Recuperado el 5/8/25 de: https://www.baenegocios.com/economia/La-inversion-extranjera-tuvo-en-2024-el-peor-ano-del-siglo-20250213-0099.htmlBibliografía

Curia, Walter. 25 de julio de 2025. Alineados: Argentina, segundo socio de EE.UU. en la ONU. Perfil, pp. 10-11.

Dallanegra Pedraza, L. (2009). Realismo-Sistémico-Estructural: La Política Exterior como «Construcción» de Poder. Córdoba, Edición del Autor.

Drekonia Kornat, G. (1981). Aproximaciones a la política exterior Latinoamericana. Estudios Internacionales. Vol. 14, N° 53, pp. 89-104

Eissa, S. (2023). El mito de la pesca ilegal china en el Mar Argentino. Revista Mestiza. Rescatado de: https://revistamestiza.unaj.edu.ar/el-mito-de-la-pesca-ilegal-china-en-el-mar-argentino/

Embajada Abierta. (14 de noviembre de 2023). La política exterior de argentina a ballotage. Recuperado el 5/8/25 de. https://www.embajadaabierta.org/post/la-politica-exterior-de-argentina-a-ballottage

Esteban, P. (2 de junio de 2024). Amor por los líderes tecnológicos mundiales. Página/12. Recuperado el 8/8/2025 de: https://www.pagina12.com.ar/741473-amor-por-los-lideres-tecnologicos-mundiales

Grimson, A. 2024: Desquiciados. Los vertiginosos cambios que impulsa la extrema derecha. Buenos Aires, Siglo XXI.

La Libertad Avanza. 2023. Plan de Gobierno. Recuperado el 5/8/25 de: https://avanzalibertad.com/plan-gobierno/

Lough, Catherine y Makin, Guillermo. 10 de septiembre de 2023. Falkland Islanders' rights 'will be respected if Javier Milei wins Argentina elections'. The Telegraph. Recuperado el 5/8/25 de: https://www.telegraph.co.uk/world-news/2023/09/10/falklands-islanders-rights-respected-if-javier-milei-wins

Lugones, P. (5 de octubre de 2024). Advertencia de EE.UU. por el giro de Milei en la relación con China. Clarín, p. 10.

Lugones, P. (12 de febrero de 2025). Contacto con el canciller de Trump, antes del viaje de Milei. Clarín, p. 14.

Lugones, P. (17 de julio de 2025). Irán contra Milei y el país, por “respaldar” a Israel y a EE.UU. Clarín, p. 15.

Marey, M. 2024: “Arrow y Milei”. Jacobin. Disponible en web: https://jacobinlat.com/2023/11/arrow-y-milei/ [Consulta: 29 de octubre de 2024]

Milei. J. (5 de abril de 2024). Palabras del Presidente de la Nación, Javier Milei, junto a Laura Richardson en Ushuaia. Casa Rosada. Rescatado de: https://www.casarosada.gob.ar/informacion/discursos/50426-palabras-del-presidente-de-la-nacion-javier-milei-junto-a-laura-richardson-en-ushuaia

Milei. J. (24 de septiembre de 2024). Palabras del Presidente de la Nación Javier Milei, en el debate general, del 79 Período de Sesiones, de la Asamblea General de Naciones Unidas, Nueva York, Estados Unidos. Casa Rosada. Rescatado de: https://www.casarosada.gob.ar/informacion/discursos/50676-palabras-del-presidente-de-la-nacion-javier-milei-en-el-debate-general-del-79-periodo-de-sesiones-de-la-asamblea-general-de-naciones-unidas-nueva-york-estados-unidos

Milei. J. (2 de abril de 2025). Discurso del Presidente Javier Milei en el Homenaje a los Héroes de Malvinas. Casa Rosada. Rescatado de: https://www.casarosada.gob.ar/informacion/discursos/50921-discurso-del-presidente-javier-milei-en-el-homenaje-a-los-heroes-de-malvinas

Niebieskikwiat, N. (25 de febrero de 2025). Sintonía de Milei con Trump: en la ONU se abstuvo de votar que Rusia invadió Ucrania. Clarín, p. 10.

Niebieskikwiat, N. (1 de agosto de 2025). Gesto de Trump a Milei: el país pagará un 10% de aranceles. Clarín, p. 19.

Niebieskikwiat, N. (2 de agosto de 2025). Argentina y Venezuela, un año sin relaciones diplomáticas. Clarín, p. 18.

Paradiso, J. (1993). Debates y trayectoria de la política exterior argentina. Buenos Aires, Grupo Editor Latinoamericano.

Puig, J. C. (1980). Doctrinas Internacionales y autonomía latinoamericana. Caracas, Universidad Simón Bolívar, Instituto de Altos Estudios de América Latina, Fundación Bicentenario de Simón Bolívar.

Puig, J. C. (1983). Malvinas y el Régimen Internacional. Buenos Aires, Depalma.

Rodrik, D. (2011). La paradoja de la globalización. Democracia y futuro de la economía mundial. Barcelona, Antoni Bosch.

Rodrik, D. (9 de junio de 2023). National Sovereignty’s Silver Lining. Proyect Sindicate. Restacado de: https://www.project-syndicate.org/commentary/economic-implications-of-global-governance-decline-by-dani-rodrik-2023-06

Serrichio, S. (22 de febrero de 2025). Qué significa el acuerdo de “reciprocidad comercial” de Trump al que quiere sumarse el gobierno de Milei. Infobae. Recuperado el 5/8/25 de: https://www.infobae.com/economia/2025/02/22/que-significa-el-acuerdo-de-reciprocidad-comercial-de-trump-al-que-quiere-sumarse-el-gobierno-de-milei/

Simonoff, A. (2023). La insoportable persistencia de la Autonomía: esbozos de una mirada panorámica a cuarenta años de política exterior argentina y democracia (1983-2023). Relaciones Internacionales, 32(65), pp. 15-29.