ЧТО ТАКОЕ «ГЛОБАЛИЗАЦИЯ»? ОСНОВНЫЕ ПОДХОДЫ К ПОНИМАНИЮ.

На сегодняшний день термин «глобализация» общераспространён, став повсеместно использоваться за последние 30 лет и превратившись в главное понятие для обозначения экономической организации современной формы капитализма, активно применяясь независимо от конкретного содержания, идеологий или намерений.

Термин «глобализация» принято связывать с понятием «глобальной деревни», введенным Маршаллом Маклюэном еще в 60-е годы. Однако представляется, что более вероятное происхождение этого термина может быть связано в значительной степени с распространяем рекламы «American Express», в которой еще с середины 70-х годов начал пропагандироваться глобальный охват предлагаемых этой компанией кредитный карт. Именно с того момента термин получил широкое распространение в финансовой и бизнес прессе, превратившись в некую форму легитимации дерегулирования финансовых рынков, а с середины 80-ых годов став активным способствующим фактором к созданию атмосферы оптимизма в деловой среде по отношению к либерализации рынка.

В этой связи стоит отметить, что понимание «глобализации» тесно связано с применением политики экономического неолиберализма, представляющего некое описание состояния мира и заменившего другие политически насыщенные концепции такие, как неоколониализм или империализм.

На протяжении многих десятилетий термин «глобализацию» используется, как искусственный способ описания всей системы комплексных изменений, связанных с, так называемым, пространственно-временным сжатием, рассматриваясь уже не как категория для анализа, а уже как его реальный объект. И, как это всегда бывает, когда перепутан инструмент анализа с объектом анализа, это вызывает большие трудности при реальном изучении этого понятия. Многие учёные применительно к исследованию процесса глобализации особенно подчёркивают этот факт.

К примеру, Майкл Кранг, профессор культурной географии Университета Дарема в Великобритании, в свое работе «Глобализация как задуманные, воспринимаемые и живущие пространства», характеризует глобализацию как «задуманное пространство» в пространстве, воспринимаемом. Милтон Сантуш, известный бразильский юрист и географ, признанный почетный ученый двадцати европейских и латиноамериканских университетов, занимающийся проблемами глобализации и третьего мира, связал равноценную идею с выражением «глобализация, как легенда» или «мир, такой, каким нас заставляют его считать», противопоставляя его идее «мир, как зло». Основной идей, звучащей в его работах, является тезис о том, что «мир такой, как он есть».

Но сопоставление представления с реальностью, само по себе, не является ни непроизвольным, ни посредственным процессом, скорее, оно всегда преследует цель воплощения знания в реальность, что, согласно французскому философу Роланду Барту, позволяет связать с этим процессом порождение мифов, а в данном конкретном случае «порождение мифа глобализации». «Без легенд и мифов, этот исторический период не существовал бы в той форме, как он существует», предостерегает Милтон Сантуш в своей работе «За другую глобализацию: от единственного понимания к универсальному сознанию».

Британский ученый и географ Найджел Джон Трифт в своей работе «Гиперактивный мир», отмечает, что проблема тех или иных дискурсов относительно глобализации состоит не в том, что в них озвучивается, а именно в том, что ими умалчивается: то, что мир гораздо сложнее понять, вовсе не означает, что он непостижим вовсе, то, что скорость движения значительно ускорилась еще не означает, что она стала тем единственно важным, что существует, то, что пространство во всевозрастающей степени формируется потоками, еще не значит, что они способны распространиться абсолютно повсюду.

Возможно, неким результатом возникшей путаницы между категорией анализа и ее объектом, а также следствием факта, что сам термин «глобализация» возник относительно недавно, стало то, что именно новизна этого явления особенно акцентируется.

Современное общество довольно легко прельстилось влиянием современных технологий, уже затронувших абсолютно все уровни и все сферы жизни, а также новоявленным восприятием расстояния и всего качественно нового. Однако, с другой стороны, как это уже стремились подчеркнуть многие исследователи, географическая реорганизация и технические инновации всегда сопровождали все исторические примеры выходов из кризиса капитализма и, применительно к этому, глобализация уже существовала в течение длительного времени, по меньшей мере, как считают латиноамериканские политологи, с 12 октября 1492 г. – с даты «открытия Америки».

В одной из своих книг известный англо-американский политолог и географ Дэвид Харви призывает заново пересмотреть классические постулаты и непосредственно через перечитывание «Манифеста Коммунистической партии» Карла Маркса и Фридриха Энгельса наглядно демонстрирует своим читателям его актуальность, способную  объяснить текущие процессы: товарный фетишизм мешает всем нам узнать подробности истинных отношений, лежащих в основе производственных процессов, в числе которых и скандалы по поводу эксплуатации детского труда, и происходящие технологические изменения, включающие их непосредственное влияние на рынок труда, и ослабление влияния профсоюзных организаций, а также формирование резервной армии труда.

Важным моментом, применительно к затрагиваемой теме старого и нового, является то, что само толкование «непрерывности» ведет к признанию того, что географическая перестройка и пространственные стратегии являются лишь жизненно важными элементами процессов накопления капитала, происходящих как на современном этапе, так и в историческом плане. Как отмечает Дэвид Харви в своей работе «Пространства надежды»: «если термин глобализация означает что-то, относящееся к нашей новейшей исторической географии, то становится очень вероятным и тот факт, что она является лишь новой фазой точно такого же рода процесса, который лежит в основе пространственного капиталистического производства».

Вполне очевидно, что начиная с возникновения марксизма, появились и другие вариации описания этого явления, которые посредством различных новейших терминов дали ход концепциям относительно того, что мы сейчас называем глобализацией. Стоит отменить, что современные разновидности формулировок оказались в значительной степени вдохновленными выдвинутой Иммануилом Морисом Валлерстайном теорией о происхождении современной мировой системы, которая вместе с другими вариантами интерпретации процесса накопления в глобальном масштабе, такими, как теория зависимости, неэквивалентный обмен или теория нового международного разделения труда, совместно образуют теоретическую базу, закладывающую основание большей части существующих подходов к проблеме глобализации. Таким образом, можно утверждать о присутствии очевидного единства мнений относительно того, что тот процесс, который мы сегодня привыкли называть глобализацией, на самом же деле уже существовал в течение длительного времени.

Ряд авторов, однако, стремятся все же выделить присущие ему новшества, появившиеся лишь за последние десятилетия. К примеру, Питер Диккен, британский ученый, занимающийся исследованиями процессов и моделей глобализации, при сравнении явлений, протекающих в прошлом, использует термин «интернационализация», чтобы подчеркнуть, что экономическая деятельность в настоящее время стала не только более интернационализированной, но еще и в большей степени глобализированной.

Соглашаясь с тем, что глобализация вовсе не новое явление, Дорин Барбара Массей, британский ученый, занимающаяся исследованиями в области различных направлений социально-экономической географии, подчеркивает, что подобно тому, как новое правительство пытается распространить во всех сферах свой обновленный политический курс, распространяются и различные потоки (в частности, миграция), в итоге неизбежно приводящие к «перемещению от краев к центру». В итоге подобное положение дел дает больший стимул к возникновению разного рода мировоззренческих вопросов, таких как культура отдельных местностей и нарастающая чувствительность ко всему неодинаковому.